Лондон и принцесса Диана — Часть 1

Тот, кто хочет посетить в Лондоне места, связанные с рано оборвавшейся несчастливой жизнью Дианы Спенсер, имеет перед собой широкий выбор: заведения, в которых она бывала, рестораны и кафе, где она тайно встречалась со своими любовниками. Или Кенсингтонский дворец, где Диана жила после развода и над которым довлеет зловещая легенда.

Кенсингтонский дворец расположен на самом краю Кенсингтонских садов — тех самых, где находится статуя Питера Пэна, мальчишки, который не хотел расти. Обычные посетители, минуя другую статую (королевы Виктории в молодости), пройдя через украшенные богатой позолотой ворота, могут осмотреть несколько залов в открытой для публики части дворца. Приватные апартаменты находятся в левом крыле, и здесь же (на Палас-авеню) расположен вход, охраняемый полицейскими.

В стенах дворца умер король Георг II. Он провел юность при германском дворе, женился на Каролине Бранденбург- Ансбах и любви к ней оставался верен всю жизнь, равно как к музыке и оружию. Георг II — последний английский король, который лично водил свои войска в бой (в сражении при Деттингене против французов в 1743 году). Умер он внезапно, от удара; ему наследовал внук, правивший под именем Георга III. Одна из дочерей Георга, принцесса София, без памяти влюбилась в своего оруженосца Томаса Гарта, от которого родила сына, немедленно объявленного незаконнорожденным. Пыл оруженосца быстро угас, и несчастная София замкнулась в меланхоличном одиночестве в своих апартаментах. Там она состарилась, проводя целые дни над прядением или вышиванием и год от года все больше теряя зрение. Когда София совсем ослепла, ее отправили жить в другое место, где она и умерла, всеми забытая. Легенда гласит, что иногда по ночам все еще слышится в залах ритмичный шум ее прялки. Печальная история…

Еще одно место, где жива память о Диане, — это жутковатый мемориал в Лондоне, который несостоявшийся свекор Мохаммед аль-Файед установил в подвальном этаже своего универмага «Хэрродс». Стоит взглянуть на него, ибо редко когда одно и то же место с такой силой сосредоточивает в себе боль утраты и безвкусицу. Два овала с портретами любовников, несколько свечей, цветы, журчание воды, розоватая подсветка. Напротив под эскалаторную лестницу втиснута позолоченная статуя египетского божества, покровителя усопших. Анубис (или это не он?) держит в руках пару электрических свечей и благосклонно глядит своими огромными подведенными глазами на фото безвременно погибших любовников.

Как они погибли? Смерть этой яркой женщины, жестокая и внезапная, останется (покуда не сотрется память о ней) неразрешимой загадкой. В лихорадочной череде событий, особенно в ночь с 30 на 31 августа 1997 года, много темных моментов, дающих основания для самых разных гипотез. У большинства не укладывается в голове, что тридцатишестилетняя женщина — красивая, богатая и здоровая, одним словом, принцесса из сказки, — может умереть такой смертью. Отчасти поэтому сразу стали плодиться самые разные домыслы в попытке дать этому абсурду хоть какое-то объяснение, каким бы банальным или отвратительным оно ни было.

В истории Дианы Спенсер, как и в случае Мэрилин Монро, основополагающую роль играло личное обаяние, эротический ореол, окружавший ее фигуру. Мы так и не узнаем, была ли смерть Мэрилин самоубийством или нет; точно так же нам не дано знать, была ли смерть Дианы — изуродованное тело в искореженной машине, врезавшейся в железобетонный столб, — следствием алкогольного опьянения водителя или же это демонический заговор с целью уничтожения женщины, которая осмелилась бросить вызов королевской семье, представляющей одну из немногих еще что-то значащих в мире монархий. Кстати, со свойственной ему экзальтацией ливийский лидер Муамар Каддафи объявил Доди и Диану мучениками за ислам, явно перестаравшись.

Мы можем лишь воскресить факты; изложенные в хронологической последовательности, они предстают трагичными, но на вид совершенно не вызывают подозрений. Впрочем, нам ли не знать, что, если допустить вероятность заговора, кажущаяся прозрачность мало что значит. Заговоры такого высокого уровня не для того замышляются, чтобы быть раскрытыми репортерами или сыскными бюро, нанятыми страховой компанией. Настоящие заговоры если и бывают раскрыты, то только историками, которые спустя годы, даже столетия получают доступ к архивам, прежде находившимся под грифом секретности.

Что ж, ознакомимся с фактами.

Самолет семьи арабских миллиардеров аль-Файедов с зелеными и светло-коричневыми логотипами «Хэрродс» на фюзеляже 30 августа 1997 года вылетел из Ольбии и в 15 часов 20 минут приземлился в парижском аэропорту Ле Бурже (том самом, где в 1927 году завершил свой трансатлантический перелет Чарльз Линдберг). Кроме штатного персонала, самолет поджидала дюжина журналистов. Любовь, вспыхнувшая между бывшей женой принца Чарльза, матерью двух его сыновей, и арабским плейбоем Доди аль-Файедом — свежая сенсация, гуляющая по глянцевым журналам всего мира. Фотография Дианы и Доди, целующихся на борту яхты «Джоникал», хозяином которой был аль-Файед-старший, датируется началом августа. Снятая мощным объективом с большого расстояния, по качеству она оставляет желать лучшего, но разве о качестве идет речь? По слухам, роман между принцессой и Доди продолжался с ноября предыдущего года, то есть уже девять месяцев, и новые факты еще больше подогревали интерес.

Тридцатого августа была суббота. Диана предполагала задержаться в Париже менее чем на сутки, после чего вылететь в Англию, где сыновья ждали ее на совместный воскресный ужин.

Дирекция аэропорта дала разрешение подъехать к трапу автомобилю аль-Файеда «Мерседесу 600 SL», за рулем которого находился водитель-француз по имени Филипп Дорно: VIP- пассажиры хотели покинуть аэропорт без тесного соприкосновения с прессой. В сопровождении машины эскорта «мерседес» вынырнул из бокового выезда и направился в сторону Парижа. Однако фотографы, похоже, предвидели такой маневр и устремились по скоростной трассе следом.

До момента соблазнения Дианы Доди был одним из многочисленных плейбоев, вращающихся в столицах Старого и Нового Света, коллекционируя красивых женщин, бутылки дорого шампанского и иногда — лошадей. Широкой публике он был практически неизвестен, и ему уж точно не приходилось спасаться бегством от оголтелой толпы фотографов и репортеров. Но, когда завязался роман с принцессой, все изменилось. Внимание и льстило, и нервировало его. Отчасти поэтому Доди приказал водителю гнать как можно быстрее, чтобы оторваться от надоедливых преследователей. (Признаться, написав выше о том, что ему не часто приходилось спасаться от папарацци, я немного покривил душой. Он не первый раз так себя повел. Однажды в Нью-Йорке, находясь в обществе порнодивы Ky Старк, Доди чуть не погиб, приказав водителю «выжать газ», опять-таки чтобы оторваться от преследования.)

Следующий пункт программы этого парижского дня, который показался бы просто бестолковым, не будь у него трагической развязки, — вилла Виндзоров в Булонском лесу. Раньше здесь жили экс-король Эдуард VIII и его жена, бывшая журналистка Уоллис Симпсон, сумевшая влюбить в себя монарха, да так, что он ради брака с ней добровольно отрекся от престола. Виллу в Булонском лесу они занимали с 1954 года; Эдуард умер в 1972 году, а его супруга — в 1987-м.

После кончины герцогов Виндзор вилла долгие годы стояла в запустении, постепенно приходя в упадок. Неизвестно, что было бы с ней дальше, если бы миллиардер Мохаммед аль-Файед, отец Доди, не попросил ее у парижских властей в аренду. Скромная плата (эквивалентная 1500 евро в месяц) в обмен на дорогостоящее обязательство: отреставрировать и само строение, и прилегающий парк.

Молодая пара задержалась здесь недолго, вероятно, Доди просто хотел показать «невесте» дом, намекая, что они могли бы здесь жить вместе.

Через пару часов после приземления, в половине пятого вечера, Диана и Доди приехали в знаменитый отель «Ритц» на Вандомской площади, который также находился в собственности семейства аль-Файед. Фотографы были наготове, но в целом проход из машины в лобби обошелся без эксцессов. Пара поднялась в 102-й номер. В течение нескольких часов любовники оставались наедине, если не считать установленных (предположительно) в номере микрофонов. Спрятать в номере «жучки» — дело нехитрое: принцессу и ее спутника постоянно окружало множество людей, среди которых, конечно, были и сотрудники секретных служб. Были они и в тот день. Например, сорокаоднолетний Анри Поль, который будет находиться за рулем автомобиля в момент катастрофы. Этот парень работал заместителем начальника службы безопасности отеля и одновременно состоял в прозрачных отношениях с французскими секретными службами.

В 18 часов 30 минут Доди вышел из гостиницы и скрылся в дверях расположенного рядом ювелирного магазина Альбер- то Репосси, одного из самых шикарных в Европе. Листая однажды каталог, Диана влюбилась в изящное кольцо с романтическим названием «Dis-moi oui» («Скажи мне „да»»). На вид очень простое: четыре бриллианта в форме звезды, ценой всего в сто семьдесят тысяч евро, что для Доди сущий пустяк.

Спустя полчаса, ровно в 19.00, они вдвоем вышли из «Ритца», сели в машину и, как обычно в сопровождении папарац- ци, направились в скромное pied-a-terre Доди (целый этаж площадью двести квадратных метров); апартаменты располагались в доме номер 1 по рю Арсена Гуссе, улице в начале Елисейских Полей. Когда пара подошла к подъезду, ее окружил уже целый легион фотографов, между которыми и охраной вспыхнула перепалка.